Русский государственный музыкально-драматический театр Республики Ингушетия

 

 

 

 

 

 

 

Репертуар
"Жених и папенька" А.П.Чехов

 реж. народный артист РИ А. Льянов

"Чайка" А.П. Чехов (на русском языке)

 реж. народный артист РИ А. Льянов

"Паспорт" (на русском языке) М.Базоркин

реж. заслуженный деятель искусств РИ  М. Базоркин 

"Искушение" Ф.Джованинни (на русском языке)

реж. народный артист РИ А.Льянов

"Забыть Герострата"(на русском языке) Г.Горин

реж. народный артист РИ А.Льянов

"Золотой укол" (на русском языке) Б.Шадыжев

реж. заслуженный деятель искусств РИ М. Базоркин

"Покинутая" Ж. Морре (на русском языке)

реж. народный артист РИ. А.С. Льянов

Водевиль "Мизантроп" А. Лабиш (на русском языке)

реж. заслуженный деятель искусств РФ В.П. Поглазов

Водевиль "Медведь" А.П. Чехов (на русском языке)

реж. М. Малиновский,  народная артистка РФ А. Козанская

Началась Первая мировая война 1 августа 1914

1 августа 2019 - Администратор

 

ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В СУДЬБАХ СЕРБИИ

После предъявления австрийского ультиматума, принц-регент Сербии Александр, отправил срочную телеграмму российскому императору, в которой, в частности, писал: «Среди условий находятся и такие, которые потребуют перемены в нашем законодательстве, и для сего нам необходимо время. Срок назначен слишком краткий. Австро-Венгерская армия сосредотачивается около нашей границы и может нас атаковать по истечении срока. Мы не можем защищаться. Посему молим Ваше Величество оказать нам помощь возможно скорее. Ваше Величество дало нам столько доказательств своего драгоценного благоволения, и мы твердо надеемся, что этот призыв найдет отклик в его славянском и благородном сердце. Я являюсь выразителем чувств сербского народа, который в эти трудные времена молит Ваше Величество принять участие в судьбах Сербии».

Николай II начертал на тексте телеграммы: «Очень скромная и достойная телеграмма. Что ему ответить?»

 

МОРИС ПАЛЕОЛОГ О ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ПРИТЯЗАНИЯХ НИКОЛАЯ

- Как, Ваше Величество, представляете вы себе общие основания мира?

После минутного раздумья, император отвечает:

- Самое главное, что мы должны установить, это - уничтожение германско­го милитаризма, конец того кошмара, в котором Германия нас держит вот уже больше сорока лет. Нужно отнять у германского народа всякую возможность реванша. Если мы дадим себя разжалобить - это будет новая война через немного времени. Что же касается до точных условий мира, то я спешу вам сказать, что одобряю заранее все, что Франция и Англия сочтут нужным потребовать в их собственных интересах,

- Я благодарен Вашему Величеству за это заявление и уверен со своей стороны, что правительство Республики встретит самым сочувственным образом желания императорского правительства

- Это меня побуждает сообщить вам мою мысль целиком. Но я буду говорить только лично за себя, потому что не хочу решать таких вопросов, не выслушав совета моих министров и генералов. <...>

- Вот как, приблизительно, я представляю себе результаты, которых Россия вправе ожидать от войны и без которых мой народ не понял бы тех трудов, которые я заставил его понести. Германия должна будет согласиться на исправление границ в Восточной Пруссии. Мой генеральный штаб хотел бы, чтобы это исправление достигло берегов Вислы; это кажется мне чрезмерным; я посмотрю. Познань и, быть может, часть Силезии будут необходимы для воссоздания Польши. Галиция и северная часть Буковины позволят России достигнуть своих естественных пределов - Карпат... В Малой Азии, я должен буду, естественно, заняться армянами; нельзя будет, конечно, оставить их под турецким игом. Должен ли я буду присоединить Армению? Я присоединю ее только по особой просьбе армян. Если нет – я устрою для них самостоятельное правительство. Наконец, я должен буду обеспечить моей империи свободный выход через проливы.

Так как он приостанавливается на этих словах, я прошу его объясниться. Он продолжает:

- Мысли мои еще далеко не установились. Ведь вопрос так важен... Существуют все же два вывода, к которым я всегда возвращаюсь. Первый, что турки должны быть изгнаны из Европы; второй - что Константинополь должен отныне стать нейтральным городом, под международным управлением. Само собою разумеется, что магометане получили бы полную гарантию уважения к их святыням и могилам. Северная Фракия, до линии Энос -Мидия, была бы присоединена к Болгарии. Остальное, от этой линии до берега моря, исключая окрестности Константинополя, было бы отдано России.

Палеолог М. Царская Россия во время мировой войны. М., 1991. 

Жорж Морис Палеолог - французский дипломат; в 1914 г. был послом Франции в Санкт-Петербурге

 

ВЫСОЧАЙШИЙ МАНИФЕСТ О ВСТУПЛЕНИИ РОССИИ В ВОЙНУ

Божиею милостию Мы, НИКОЛАЙ ВТОРЫЙ,
Император и Самодержец Всероссийский,
царь Польский, Великий Князь Финляндский
и прочая, и прочая, и прочая.

Объявляем всем верным Нашим подданным:

Следуя историческим своим заветам, Россия, единая по вере и крови с славянскими народами, никогда не взирала на их судьбу безучастно. С полным единодушием и особою силою пробудились братские чувства русского народа к славянам в последние дни, когда Австро-Венгрия предъявила Сербии заведомо неприемлемые для Державного государства требования. Презрев уступчивый и миролюбивый ответ Сербского правительства, отвергнув доброжелательное посредничество России, Австрия поспешно перешла в вооруженное нападение, открыв бомбардировку беззащитного Белграда.

Вынужденные, в силу создавшихся условий, принять необходимые меры предосторожности, Мы повелели привести армию и флот на военное положение, но, дорожа кровью и достоянием Наших подданных, прилагали все усилия к мирному исходу начавшихся переговоров. Среди дружественных сношений, союзная Австрии Германия, вопреки Нашим надеждам на вековое доброе соседство и не внемля заверению Нашему, что принятые меры отнюдь не имеют враждебных ей целей, стала домогаться немедленной их отмены и, встретив отказ в этом требовании, внезапно объявила России войну.

Ныне предстоит уже не заступаться только за несправедливо обиженную родственную Нам страну, но оградить честь, достоинство, целость России и положение ее среди Великих Державе.

Мы непоколебимо верим, что на защиту Русской Земли дружно и самоотверженно встанут все верные Наши подданные.

В грозный час испытания да будут забыты, внутренние распри. Да укрепится еще теснее единение Царя с Его народом, и да отразит Россия, поднявшаяся как один человек, дерзкий натиске врага.

Се глубокою верою в правоту Нашего дела и смиренным упованием на Всемогущий Промысел, Мы молитвенно призываем на Святую Русь и доблестные войска Наши Божие благословение.

Дан в Санкт-Петербурге, в двадцатый день июля, в лето от Рождества Христова тысяча девятьсот четырнадцатое, Царствования же Нашего в двадцатое.

На подлинном Собственного Императорского Величества рукою подписано:

НИКОЛАЙ

20 июля 1914

 

ШТЫК И ПЕРО

Владимир Маяковский

Война объявлена

«Вечернюю! Вечернюю! Вечернюю!
Италия! Германия! Австрия!»
И на площадь, мрачно очерченную чернью,
багровой крови пролилась струя!

Морду в кровь разбила кофейня,
зверьим криком багрима:
«Отравим кровью игры Рейна!
Громами ядер на мрамор Рима!»

С неба, изодранного о штыков жала,
слёзы звезд просеивались, как мука в сите,
и подошвами сжатая жалость визжала:
«Ах, пустите, пустите, пустите!»

Бронзовые генералы на граненом цоколе
молили: «Раскуйте, и мы поедем!»
Прощающейся конницы поцелуи цокали,
и пехоте хотелось к убийце - победе.

Громоздящемуся городу уродился во сне
хохочущий голос пушечного баса,
а с запада падает красный снег
сочными клочьями человечьего мяса.

Вздувается у площади за ротой рота,
у злящейся на лбу вздуваются вены.
«Постойте, шашки о шелк кокоток
вытрем, вытрем в бульварах Вены!»

Газетчики надрывались: «Купите вечернюю!
Италия! Германия! Австрия!»
А из ночи, мрачно очерченной чернью,
багровой крови лилась и лилась струя.

20 июля 1914 г.